Классики гей-прозы, чьи произведения пережили уже не один век, наверняка уже знакомы всем читателям Зонта. Поэтому сегодня мы хотим познакомить Вас с автором, которого можно смело называть современником. 
Но это будут не скучные и сухие факты биографии, приправленные произведениями нашего Гостя. Отнюдь! Ну, то есть, произведениями то мы всё приправим щедро, благо, у этого автора их в достатке, но знакомиться Вы с ним будете сами, вернее, он будет рассказывать о себе.

 

ЗОНТ: С какого возраста в Вас проснулся интерес к писательству, и было ли что-то, что побудило Вас начать творить?
АНТОН: Очень рано. Просто на каком-то этапе интерес к чтению перешел в интерес к писательству. Возможно, даже слишком рано, потому что основной багаж знаний и читательский опыт я получил уже тогда, когда писал (пытался писать) сам. А писательство накладывает на чтение отпечаток, лишает его таинственности, перетягивает внимание на техническую сторону – как это сделано, с какой целью, смог бы я так, что выделил бы, если бы сам описывал эту сцену? Уже не получается быть неискушенным читателем, сознание начинает перестраивать чужой текст. Поэтому я, как ребенок, радуюсь, когда чтение затягивает, когда автор во мне выключается, когда можно просто наслаждаться сюжетом.
Что побудило, трудно сказать. Первая любовь. Попытки вести дневник, анализировать, разобраться в себе. Наверное, это общий путь всех пишущих – начинать с фиксации собственных впечатлений. 

ЗОНТ: У вас есть любимые авторы? Какие именно?
АНТОН: Я люблю нашу классическую учебную программу – Чехова, Достоевского, Булгакова, Набокова, Газданова. Среди любимых иностранцев Милан Кундера, Джонатан Литтелл, Юкио Мисима, Витольд Гомбрович, Патрик Модиано, Макс Фриш, Бернхард Шлинк, Ларс Соби Кристенсен, Мишель Уэльбек.
Но мне кажется, о человеке больше говорит то, каких авторов он не любит, каких вообще не переносит, чью книжку никогда не возьмет в руки. 
Поэтому лучше скажу отдельно о приятном – о гей-прозе: Майкл Каннингем, Филип Ридли, Геннадий Нейман, Дмитрий Бушуев, Валерий Печейкин, Виталий Краних, Олег Месмер, и еще мои замечательные пишущие друзья. 

ЗОНТ: У Вас не так давно появилась публичная страница, была ли у Вас страница/группа ранее? Кто занимается Вашим пабликом?
АНТОН: Если говорить о текстах, то некоторое время я публиковал их на Прозе.ру, сначала в общем проекте, потом в персональном, потом перешел на собственный сайт 
http://antonromin.jimdo.com, который все еще в процессе разработки. 
Страница вк создана, скорее, не для меня/под меня, а для общения друзей, людей с близкими интересами. Здесь можно вспомнить цитаты, поделиться интересными ссылками, выложить понравившиеся фотографии, рассказать о своих путешествиях, просто поздороваться и пожелать хорошего дня. Эту страницу открыл мой друг и читатель Женя, но «заниматься пабликом» никто из нас не умеет, поэтому мы все благодарны Злате (это замечательный автор Ranny), которая пытается освоить это занятие. 

ЗОНТ: В каком жанре Вы предпочитаете писать? Почему именно он Вас привлекает? 
АНТОН: Я пишу короткие повести и рассказы и храню верность реализму. Привлекает меня такая форма как отдушина. По работе, на заказ я создаю иногда объемные тексты – совершенно бездушные, сухие, официальные, поэтому, когда пишу для себя, хочется противоположного – личного, искреннего, живого. Если бы я взялся за фэнтези, например, я отнесся бы к нему, как к заказу, – разработал бы план, нанизывал бы главы, и в конечном тексте мало что отражало бы меня. Поэтому я не придумываю ничего нового, а пишу то, что дает выход моим личным переживаниям.

ЗОНТ: Есть ли у вас какой-то определенный источник вдохновения – эмоция, звучание, визуальный образ, который бы 100% призывал Вашу музу? 
АНТОН: Только люди – живые герои, знакомые или незнакомые, новые друзья, которые чем-то поражают, образы из воспоминаний, которые никак не отпускают. Вдохновляют только люди. Разочаровывают тоже только люди. 
Я очень люблю кино. Фильмы могут поднять мне настроение, некоторые кинообразы завораживают, но они очень плохо переносятся на бумагу. У них своя жизнь, своя история в рамках сценария, тащить эту историю в текст, придумывая продолжение, – для меня очень сомнительный ход. 
Да, я видел текст, не помню, чей, где было указано, что герои взяты из порноролика, приведены даже фамилии актеров. Вот это автор вдохновился! Для меня такие ролики чисто функциональны и к творчеству вообще не относятся. Так что остается надеяться только на собственный опыт и на друзей-знакомых, которые щедро делятся историями и впечатления.

ЗОНТ: Бывали ли у Вас «черные полосы» в творчестве? Если да, то как Вы с ними справлялись(-етесь)? 
АНТОН: Черные полосы бывали в жизни и плавно перетекали в творчество – тогда тексты становились мрачнее. «Черных полос» в виде отсутствия вдохновения у меня не бывает, потому что я не заставляю себя писать. Не знаю даже, как часто пишу, с какими перерывами. Если вдруг не будет вдохновения, я никак не буду с этим бороться – кормят меня другие тексты, для написания которых вдохновение не требуется. Это просто будет значить, что сказать мне больше нечего и мечтать не о чем, возможно, это и будет счастье. 

ЗОНТ: Вы когда-нибудь подобно Гоголю «сжигали» свои творения? Бывало ли у Вас, что какое-то произведение, долгое время хранившееся где-то, внезапно обретало новую жизнь? 
АНТОН: Не помню, чтобы что-то обретало новую жизнь. Но метафорически «сжигал» – был блок текстов, которые я отложил и закрыл для себя. Можно их назвать «из раннего», то есть текстами неумелыми и корявыми, а можно считать, что они были самыми мощными, самыми искренними, со страшной надеждой найти своего читателя. Многие, конечно, утеряны, а оставшиеся я и сам не могу перечитывать, сейчас они кажутся мне слишком наивными. Так что, все к лучшему. 

ЗОНТ: Вам бы хотелось приобрести известность за пределами интернет-пространства, и считаете ли Вы себя популярным писателем? 
АНТОН: Думаю, нет, я не популярный писатель. И думаю, что не смогу быть популярным даже не за пределами интернет-пространства, а внутри интернет-пространства, на определенных сайтах, например, на Прозе.ру, где просто полно гомофобов, и даже на Фикбуке, где, казалось бы, любят тематические тексты. Иногда мне дают ссылки на самое популярное на других ресурсах, я начинаю читать и не вижу ничего хорошего, а те читатели ничего хорошего не видят в моих текстах. 
Популярность вообще скользкая штука. Я дружу с авторами, у которых тысячи читателей на разных сайтах, и с авторами, книги которых издаются на бумаге, ни те, ни другие никак не чувствуют своей популярности. Слава виртуальна, гонорары ничтожны. 
Мне больше нравится писать для себя (и для друзей), нравится чувствовать, что я выразил именно то, что хотел, и оформил именно так, как хотел. Если при этом думать о популярности или мечтать угодить читателю, текст станет заказом, работой, совершенно неинтересным занятием. 

ЗОНТ: Произведения многих авторов это отражение их жизненных историй, переживаний и волнений. Часто ли Вы олицетворяете себя в главном герое? 
АНТОН: Так или иначе, почти всегда. Иногда акцентирую темную сторону, иногда светлую. Иногда описываю поступки, которых никогда не совершил бы в жизни. Текст позволяет мне побыть злым, нервным, мстительным, жестоким, а потом вернуться к себе доброму, вежливому, сдержанному, отзывчивому. Текст дает определенную свободу от норм социума, потому что нормы иногда отвратительны. Текст позволяет мечтать о том, что уже никогда не сбудется, и возвращать тех, кто уже навсегда ушел. 

ЗОНТ: И последний вопрос, что для вас значит писательство? 
АНТОН: Это свобода. Это свобода в моем собственном мире, который внешне похож на реальный, но в котором добро еще может победить.

 

 

30.11.2016 г.

 

Текст интервью в первоисточнике

 

Сайт создан

22 марта 2013 г.